Артамонова Надежда. Высшая оценка - Алтай Туристский. Туристический портал

Артамонова Надежда. Высшая оценка

Артамонова Н.И.

I.

Субботу Женька и Андрей любят особенно. Во-первых, потому что в субботу отец заходит за ними гораздо раньше, чем обычно. А во-вторых... Нет, это, пожалуй, самое главное— бабушка!

Стоит бабушке появиться на их пороге, как оба с визгом бросаются навстречу, исследуя каждый ее карман, каждый сверток. — Чти принесла?

Вопрос задаётся лишь для формы. Сладости и игрушки извлечены, наступает момент относительного затишья. Можно пока подойти к Алешке. Этот — самый нетребовательный. Лежит себе, сучит розовыми пятками да пускает пузыри. Агу, Алешка! Как дела, дружище?

— Бабушка, а кто главнее — Гагарин или Титов?

Уклониться от ответа нельзя. И компромиссов Женька не признает. Ответ должен быть совершенно определенным. Затишье кончилось.

...Кем-то подсчитало, что четырехлетний человек в среднем задает окружающим в день до 430 вопросов. Женьку никак не отнесешь к «средним». Да и Андрей, хоть и на целый год моложе брата, познаёт мир не менее активно. Держись, бабушка! Это тебе не комбинатом руководить. Там все понятно, все подчинено каким-то законам. А попробуй угадай, какой подводный риф ждет тебя здесь, в просторах ребячьей любознательности.

Нет, товарищи, бабушкой быть совсем не просто!

II.

День главного инженера начинается с телефонных звонков (требовательные а властные — «сверху», из управления и совнархоза, тревожные или обыденные — «снизу» — из цехов и отделов), с встреч (в эту дверь может войти каждый, у кого есть дело к главному). Потом совещания, доклады и рапорты. Один день совсем не похож на другой.

Но как бы по-разному ни распределялось время главного инженера, уже в самом начале дня для нее ясно, как сработал комбинат за минувшие сутки, где «узко», куда нацелить внимание людей. Рука чутко ловит пульс огромного, живого, такого знакомого и такого непостоянного организма. Надежная рука, способная быстро прийти на помощь..

«Узких» мест и сегодня немало. Но разве будет такой момент, когда можно сказать: «Сделано все. Дальше двигаться некуда».

Меняются времена, меняются и песня. О чем, например, мечтали специалисты комбината еще десять лет назад?

Голубая мечта главного инженера (Надежда Ивановна тогда только входила в эту роль) была предельпо будничной: заставить механизм служить людям с полной отдачей; отрегулировать технологический процесс на всех переходах, на каждом рабочем месте.

Да, с инженерной точки зрения в то время это действительно выглядело далекой мечтой. На какое чудо надо было рассчитывать, чтобы заставить видавшее виды оборудование (чего стоили одни военные годы!) работать без скидки на пятнадцати- и двадцатилетний стаж!?

Таким «чудом» явились организационно-технические мероприятия, положившие начало большой работе по модернизации оборудования, замене в нём отдельных деталей и узлов.

Едва ли не самые первые в текстильной промышленности страны специалисты меланжевого комбитата разработали план первоочередных технических мер. Идея главного инженера нашла горячую поддержку в коллективе.

Может быть, и не так уж много было сделано в тот первый год по этому плану. Но уже самые первые шаги обернулись десятками тонн дополнительной пряжи, сотнями тысяч метров дополнительной ткани. Они заставили людей поверить в свои силы.

С тех пор многое изменилось на комбинате. Сейчас выпуск пряжи возрос до 20 тысяч тонн в год, а ткани комбинат дает почти на полтора миллиона метров больше, чем на том же оборудовании при большем числе рабочих давал десять лет назад.

Но и сегодня составление плана организационно - технических мероприятий, их внедрение в жизнь -главная забота инженерного коллектива. Работа с планом требует твердого и ясного знания обстановки, а значит — постоянной мобилизации ума, инженерного опыта, непрерывного совершенствования.

Технологический процесс... Прежде чем хлопок превратится в яркую и нарядную костюмную ткань, ему нужно претерпеть до тридцати превращений. И если какая-нибудь из этих операций плохо выполнена, то уж остальные двадцать девять не помогут.

А обрывность? Подсчитано, что почти половина рабочего времени прядильщиков и ткачей уходит как раз на ликвидацию этой самой обрывности. Пока что текстильщики всех широт не знают радикального средства борьбы с нею.

На Барнаульском меланжевом за последние годы сумели снизить обрывность. Сейчас она в два раза ниже, чем на соревнующемся с ним Ивановском комбинате.

Довольна ли таким результатом Артамонова? Ведь он — итог не одного года поисков. И даже не одного десятилетия. Начало этой работы ведет еще к тридцатым годам. Тогда совсем неопытный, но полный надежд рядовой инженер Артамонова и ее сменщица Надежда Васильевна Корсакова сделали первые шаги на пути к решению большой задачи. Уже в то время энтузиастам удавалось на отдельных прядильных машинах создавать режимы с рекордно низкой обрывностью.

Но отдельные рекорды никого не могли устроить. И все же они звали к продолжению поиска.

Ужо будучи начальником прядильной фабрики, а затем и главным инженером всего комбината, Надежда Ивановна шаг за шагом расчищала путь к заветной цели— постоянному снижению обрывности. Оказалось, что этот показатель зависит от множества причин. В том числе и от опыта прядильщицы, четкой работы машин, от окраски хлопка, которая влияет на прядильные свойства волокна. Какой же режим окраски наиболее выгоден? Этот и многие другие вопросы продолжали тревожить главного инженера, над их решением бился большой коллектив специалистов.

И сейчас, несмотря на значительный сдвиг, задача эта не потеряла своей остроты.

III.

Сегодня комбинат переживает свое второе рождение. Жизнь предъявляет к коллективу новые требования: ткани меланжевого должны радовать потребителя, отвечать духу времени.

С производства снимаются ткани, технология выпуска которых отрабатывалась годами. Но что поделаешь, если этот мрачный шевиот не имеет спроса даже у такого «организованного» потребителя, каким являются швейные предприятия?

Итак, новые заботы, новые поиски. Несколько месяцев упорного, радостного труда. Именно — радостного. Ведь если раньше решение какой-либо большой инженерной задачи в жизни комбината диктовалось трудностями, переживаемыми страной, то теперь сложная перестройка огромного предприятия шла... от хорошей жизни.

Все закономерно: люди стали лучше жить. Выросла и их требовательность к тем, кто создает жизненные блага. Теперь уже нужен не просто рабочий костюм, в красивый рабочий костюм, немнущийся и, конечно, недорогой.

Несколько месяцев назад опытный участок второго ткацкого цеха выпустил разработанные специалистами комбината новые ткани. Здесь были недорогие утепленные ткани самых разнообразных расцветок и рисунков.

Сотни тысяч метров разошлись почти мгновенно. Покупатели высоко оценили творческий труд специалистов и тех, кто непосредственно выпускал новую продукцию.

Обрадовало и сообщение высшего художественного совета. Новые ткани рекомендовались к массовому производству.

Скажи кто-нибудь на комбинате еще несколько лет назад, что можно менее чем в полгода в корне изменить режим технологии, перестроиться, не останавливая предприятия, на выпуск значительно усложненной продукции — такого человека сочли бы прожектером.

А сегодня — это факт.

Нынешней весной в Москве состоится межреспубликанская ярмарка текстильных товаров. Группа наших специалистов во главе с Артамоновой повезет твои ткани на суд потребителей. Это будет строгий и нелицеприятный суд. Понравятся новые ткани — тут же будут заключены договоры на их поставку в дальнейшем.

— Да а вообще не мешает проследить, как распорядятся нашими тканями швейники, — говорит Надежда Ивановна. — Ведь был же случай, когда из новой ткани усложненного детского рисунка модной горчичной расцветки одна фабрика пошила мужские рабочие брюки.

На собрании научно-технического общества главный инженер еще раз подчеркивает сложность начатой работы по массовому освоению новой продукции:

— Сделаны самые первые шаги, — говорит она. — То, чего достиг небольшой круг специалистов, должно стать ближайшим делом каждого работника комбината. Перезаправить оборудование на новые артикулы, заставить его работать безотказно — сложная техническая задача. Но куда сложнее обучить людей новым приемам, добиться высокосознательного исполнения каждым требований технологии, помочь людям ясно увидеть цель. Здесь должны проявиться наши организаторские, педагогические таланты, таланты настоящих командиров производства.

IV.

Талант... По твердому убеждению Надежды Ивановны, он есть в каждом человеке. Суметь только его увидеть, вовремя разгадать, заставить этот талант служить человеку.

Нет, не без таланта ее товарищи по труду, ее единомышленники, выросшие вместе с комбинатом.— Надежда Васильевна Корсакова, сменившая Надежду Ивановну на посту начальника большого прядильного производства, или Василий Александрович Помогаев — нынешний руководитель ткацкого производства, Сергей Степанович Киричук, пришедший на комбинат помощником мастера и выросший до заместителя главного инженера. А такие командиры производства, как Агафья Гавриловна Кожина, Анна Моисеевна Заковряшина, Полина Викентьевна Адамайтес и десятки других, с кем рука об руку трудится все эти годы Надежда Ивановна?

...Когда-то, лет 35 назад, ей, деревенской девчонке, только что приобщившейся к городу, очень хотелось стать артисткой. Друзья говорили, что у Нади — большой талант. Им, «синеблузникам», жарко хлопали в ладоши зрители самодеятельного рабочего театра.

Но отец, простой и мудрый человек, сказал:

— Звездой тебе, Надежда, не быть. В героинях тоже ходить не будешь. Иди-ка в технический. Хороший инженер полезней посредственного актера.

Иван Васильевич Артамонов не ошибся в главном, хотя но смог предвидеть всего. Его дочь стала героем. А Золотая звезда Героя — высшая оценка отданного людям большого организаторского таланта.

V.

Когда ты, Женька, вырастешь, люди научатся делать такие красивые вещи, какие сейчас нам, может быть, и не снятся.

Все будет легко и просто: новые, светлые и просторные цехи, новейшие умные автоматы, а сырье — сплошная химия!

Только знай, что нелегок путь к этой голубой мечте, что лежит он через тесные и не очень светлые корпуса первых довоенных пятилеток, через круглосуточное «казарменное положение» людей (совсем недавно из рабочего кабинета твоей бабушки убрали пальму, под которой в военное время находили приют раскладушки тогда еще совсем молодой бабушки и пятилетней Гальки - твоей теперешней строгой мамы).

Может быть, через двадцать лет ты удивишься, узнав, сколько энергии вложили бабушка и ее друзья в то, чтобы быстрее заменить тяжелый ручной труд тростильщиц и мотальщиц новыми профессиями по обслуживанию высокопроизводительных автоматов. Это были первые шаги к техническому перерождению комбината.

Может, с точки зрения твоих будущих современников, и не такими уж заметными окажутся хлопоты по подработке и освоению первых шелковых ворсовых тканей из штапельного волокна.

Но для нас, живущих сейчас, все эти заботы и есть как раз то, что зовем развернутым фронтом коммунистического строительства.

Расти, Женька. История движется вперед. Ее делают люди, окрыленные мечтой, суровые практики. Люди с нежными, как у твоей бабушки, руками. Люди с трудной и гордой, как у твоей бабушки, судьбой.

Е. Анисимова. г. Барнаул, меланжевый комбинат.

Алтайская правда, 1964 г.

Перевёл в текстовой формат Е.Гаврилов, 12 августа 2015 года.