Улагашев Н.У. Кан-Толо - Алтай Туристский. Туристический портал

Улагашев Н.У. Кан-Толо

Об авторе:

Кучияк П. и Коптелов А. Николай Улагашев, певец Ойротии
Коптелов А. Улагашев Н. У. и ойротский народный эпос

* * *

На южной теплой стороне,
На долине средь шестидесяти гор,
На берегу целебного моря,
Ездящий на черно-мухортом коне,1
Катан-Кара могучий жил.
Немного скота он кормил,
Управлял немногим народом.
Жена у него умерла давно,
Были вскормлены дети — три сына.
Были годы его на исходе:
Черная голова побелела,
Кости крепкие ослабели,
Дни прошедшие удлинялись,
Приближались последние дни.
Большого начальника не боящегося,
Сына старшего звали— Узун-Кара.2
В огне войны назад не отступающего.
Сына среднего звали Обо-Чечен.3
Сыну младшему подходящее
Имя долго найти не могли.
Заболел Катан-Кара могучий.
Головы от подушки не поднимая,
Ослабевший в постели лежал.
Когда понял, что больше не встанет, —
Сына младшего пригласил он,
Чтоб предсмертное слово сказать:
— Самый младший сынок мой, родное дитя,
Я люблю тебя жарче огня...
Тут Катан-Кара, слова не договорив,
Беспробудно уснул навеки.
Братья старшие
младшего брата
По последним отцовским словам
С той поры Очи-Бала4 назвали,
Сообща его стали растить.
Мальчик Очи-Бала с каждым днем мужал,
Скоро стал настоящим богатырем.
Взявши лук со стрелой, на Алтае родном
Очи-Бала ходил на охоту, 5
Сходит к северу
и шестьдесят
Зайцев там настреляет пушистых,
Побывает на солнечной стороне —
Пятьдесят тогда зайцев приносит.
Братьям Очи-Бала весь народ
Говорил удивленно про мальчика:
— Не простой человек, видно, будет...
Редко Очи-Бала стал в аиле бывать,
В лес дремучий, в высокие горы
На охоту всё чаще ходил.
Как-то раз про себя он подумал:
«Я мужчиной родился, а где у меня
Конь, чтоб мог среди гор разъезжать я?
Где броня, чтоб надеть, меч, копье мое где?
Раз он видит: ведёт по долине табун
Рыжий конь — молодой, могучий.
Словно ножницы, чуткие уши его
Стригут белое облако... Ярко
Днем и ночью сверкают глаза...
Из ноздрей
Пышет желтое жаркое пламя.
Грива, хвост, словно шелковые...
Увидав вожака табуна,
мальчик наш
Порешил изловить его,
и шесть суток
Он бежал, догоняя коня лихого.
Шесть высоких хребтов, шесть широких долин
Пробежал за конем этим быстрым.
Наконец, ухватился за шелковый хвост.
О железную гору ногами
Упершись, своротил ее!..
Но в степи
Задержал все ж коня удалого,
Взял за пышную гриву, к аилу привел.6
Увидав это, старшие братья
Рассердились... Нахмурили брови свои,
Губы зло закусили и строго
Сказали Очи-Бала:
— Вожака табуна, что отец не седлал,
Изловил ты, спросясь у кого?..
Поскорее
Отпусти на луга!..
Не послушался их
Очи-Бала и, правую руку
Подняв кверху, сердито вскричал:
— Мой Алтай и целебное море!
Конь вот есть, — где ж седло и токум?
Я мужчиной родился, так где же
Меч, броня, все доспехи мои?
Лучше б мне и совсем не родиться!
Лучше б мне не давался совсем
Рыжий конь этот — быстрый, чудесный!..
Не успел Очи-Бала закончить, как вдруг
Гром послышался... Задрожала
Вся большая земля... И, пока народ
Удивленно прислушивался,
предстали
Перед Очи-Бала рыжих семь коней,
Все доспехами вьюченные... Упали,
Груз тяжелый стряхнули и враз
Ускакали за дальние горы.
Стлался белый пушистый туман, и народ,
Долго-долго молчал, пораженный.
— На несчастье родился нам младший
Смерть и беды принес он, и надо,
Чтоб вернее избавиться от него,
К Саныс-кану7 скорее поехать.
Пусть он сузит широкие плечи его,
Усмирит его ум непокорный... —
Так сказали два брата и, заседлав
Двух коней, к Саныс-кану поехали...

* * *

Мальчик Очи-Бала нарядился. Взял
Узду, золотистую, словно солнце,
Взял седло, серебристое, как луна,
Взял токум, как долина широкий,
Коня рыжего заседлал.
Туго тридцать подпруг затянул и, вложив
Ноги в бронзовые стремена,
Разъезжает в горах Алтая.
Соболей промышляет и разных зверей...
Целый месяц в горах проездил,
А когда возвратился домой —
Братьев всё еще не было...
— Где же
Задержались они? Надо ехать искать...
Так решил Очи-Бала и сразу
От аила коня повернул.
Быстрый конь полетел, словно птица.
Темной ночью без сна и без отдыха днем
По следам своих старших братьев
Едет Очи-Бала...
На средине пути
Рыжий стал вдруг
и левое ухо
К теплой черной земле повернул,
Правым ухом стал в небе слушать.
Мальчик Очи-Бала слез с коня
И припал на одно колено:
— Крылья рук моих, ног покой,
Что узнал ты, друг, что учуял?
Отвечает конь:
— Саныс-Кан
Много крови народной выпил,
Съел чужого труда,
и назад от него
Путь закрыт...
— Друг мой, будь осторожен,
Посоветовал рыжий конь
И опять полетел, как птица.
Он хвостом не касался больших морей.
Гор вершины не бил копытом.
Много-мало ли ехал, так богатырь, —
Увидал табуны Саныс-кана.
И народ, им измученный, и дворец,
Что имел шестьдесят шесть углов!..
Бесстрашно
Настежь дверь распахнул
и присел к очагу.8
Вот с кошемного мягкого трона9
Встал хозяин. Дрожали колени его.
Заблестели глаза, как озера.
К Очи-Бала шагнул и спросил:
— С мудрым сердцем, сверкающими глазами,
Ты откуда приехал сюда, богатырь?
Тот ответил:
— Два старших брата
К вам поехали с жалобой...
Месяц прошел,
А они не вернулись. За ними
Я поехал. Хочу вас спросить,
Где теперь мои братья родные?..
— Были, были такие богатыри
И поехали к желтому морю
Порыбачить... Скорее туда поезжай,
На обратном пути заверните
В мой дворец.
Будем кушать из чаш золотых,
Золотыми словами беседовать будем...
Ничего не сказал богатырь молодой.
Взадпятки из дворца выходит,
Птицей к морю на рыжке летит.10
По дороге поймал жеребенка,11
А у желтого моря его
Нацепил на уздечку с крючками;
В море бросив, стал удить...12
Рванула из рук
Повод крепкий могучая рыба!..
Дважды чуть не стянула богатыря
Вместе с верным конем его в море.
В третий раз он, все силы собрав, потянул —
И тогда над водой показалась
Рыба кит...13
А на землю упав,
Плавниками свет солнца затмила.
Трепеща, разбивала хвостом золотым
Гор хребты... Со дворца Саныс-кана
Сбила крышу,
его самого
Плавником золотым оглушила...
Очи-Бала мечом в трех местах
Разрубил рыбе шею, и сразу
Из нутра ее толпами хлынул народ.14
Вышли старшие братья и не узнали
Очи-Бала, прошли, как чужие...
Богатырь воротился в дворец,
Изрубил Саныс-кана злодея,
Бросив в яму, тяжелой горой привалил.
Молодая жена Саныс-кана
С чашей встретила богатыря
И, кумыс подавая, сквозь слезы
Сказала:
— Богатырь молодой,
С мудрым сердцем, сверкающими глазами,
Мою голову целой оставь.
Из силачей силач благородный,
Кровь мою не пролей и за это тебе
Буду вечно слугою надежной...
«Что ж, у женщины нет вины», —
Богатырь так подумал и к братьям
Подъехал:
— Вы, старшие братья мои!..
Чтоб меня проучить, — к Саныс-кану,
Кровь народную пившему, — вы
Уезжали... Теперь не пора ли
Возвращаться домой...
Без хозяина скот,
Без вожатых народ...13
Я — за вами... —
Так сказал старшим братьям меньшой.
Те сейчас лишь узнали — кто спас их.
На колени упали в слезах,
В голос просили:
— Наш братец родимый!
Спотыкается лошадь в седле, —
Так и мы вот споткнулись, — прости нас!
Нас умерших ты вновь оживил,
И за это тебе мы до гроба
Будем слугами верными...
— Ну, хорошо, —
Говорит Очи-Бала, смягчившись.
— Я вину эту первую вам прощу.
Но, чтоб впредь мне не делать плохого,
Поцелуйте меча острие,
Под луною и солнцем клянитесь...
Те лизнули меча острие,
На луну и на солнце глядя,
В вечной верности поклялись...
И дворец, и все склады злодея,
Подпалил богатырь молодой.
Вблизи берега желтого моря
В подземелье дыру просверлил
Острым черным копьем,
и сбежала
Вся вода!..
А коней табуны
На Алтай родной братья погнали.
Вслед за ними на желтом коне
И жена Саныс-кана поехала. 

* * *

Через месяц приехав домой,
Увидали три брата родные:
На лугах, где паслись табуны,
Не помята трава. Близ аилов,
Где народ жил, —
бурьяном покрылось всё.
Свет луны, солнца свет затемняют
Тучи жадных сорок и ворон,
Что над трупами вьются...
Людская
Кровь до пояса...
Конская кровь
До седла глубиной на долинах!..
Встали волосы дыбом, когда
Увидал Очи-Бала такое.
Взял он плеть, что из шкур девяти быков
Сплетена была, — плетью этой
Он ударил по черной горе и рассек
Гору надвое!..
После братьев
За косички схватил и сказал:
— Из-за вас, из-за вас все несчастья!
Отрублю ваши головы и к ногам
Их приставлю!..
Отрублю ваши ноги
И к головам положу!..
В это время затрясся
Весь могучий Алтай голубой.
Перед братьями рыжий отцовский
Конь предстал и сказал, заржав:
— Не губите друг-друга напрасно.
Ваши аилы завоевавший,
Вас приехавший покорить, —
Виноват Тельбен-Кара-кан,10
У основания неба живущий,
На рыжей лошади ездящий.
Чтоб в войне победить его, — хватит
Ваших сил...
Поскорей поезжайте,
Уничтожьте врага!..
— Мы поедем, брат,
Чтоб врага уничтожить...
Прости нас! —
Узун-Кара и Обо-Чечен
В голос крикнули младшему брату.
Тот смягчился и, руки разжав,
Отпустил их косички.
А братья
На могучих и быстрых конях 
Тельбен-Кара искать помчались. 

* * *

Очи-Бала весь пригнанный скот
Табунами на пастбища вывел.
И народ, что приехал за ним,
Поселил в самых лучших долинах.
Сам, на рыжку любимого сев,
Свой родимый Алтай объезжает...
Вдруг опять весь Алтай задрожал.
Вновь предстал перед Очи-Бала
Конь отцовский!..
Заржав, он сказал:
— К землям злого Тельбен-Кара-кана
Пока братья доедут твои,—
Поседеют их головы, кости
Одряхлеют...
Поэтому сам
Поскорее туда отправляйся.
Рыжего коня своего расседлай, —
Пусть пасет табуны на Алтае.
Пересядь на меня...
Богатырь молодой
С рыжки быстрого, верного друга,
Снял седло, серебристое, как луна,
Снял узду, золотистую, словно солнце,
И отцова коня заседлал.
В шестьдесят восемь пуговиц панцирь
(Черный — сажи черней!) надел.
Сапоги, что с подошвой чугунной,
И бобровую шапку надел.
Боевых девяносто доспехов
Он на оба плеча натянул.
Сел в седло и сказал провожавшим:
— Если близко, то ждите обратно
Через семь лет...
А далеко, —
Через девять лет буду дома.
Так сказал и пришпорил коня.
На высокой горе поднебесной.
Рыжий конь вдруг спросил седока:
— Побрыкаться мне можно немного?
— Можно, можно, — ответил ему богатырь,
И в глазах его помутнело...
А очнувшись, он понял:
летит высоко,
Задевая за ясные звезды.
Вниз взглянул — голубые моря,
Словно чашки с водой небольшие.
Горы — с шапку всего.
Русла рек.—
Нитки тонкие голубые...
Вскоре стало вдруг жарко богатырю.
Край земли недалек, верно...
Видит:
Еле живы шагают два брата его,
И коней за собой изможденных
В поводу ведут... Видно, что им
Не дойти до земли Тельбен-Кара.
Очи-Бала подъехал и громко сказал:
— Братья! Вам за всю жизнь не доехать
До земли Тельбен-Кара!..
Обратно домой
Поезжайте скорее. Пасите
Скот на лучших лугах
и народ
Не давайте в обиду!..
Злодею
Я сумею один отомстить!..
Так сказал Очи-Бала и дальше
Полетел....
Где стоял — виден след.
А куда
Конь порхнул — и следа не видно.
На Алтай бело-синий домой
Братья радостные повернули. 

* * *

Черной ночью без сна и без отдыха днем
Очи-Бала летит по Алтаю
Вихрем легким...
В долине большой
Рыжий стал вдруг и левое ухо
К теплой черной земле наклонил,
Правым ухом стал в небе слушать.
Очи-Бала слезает с коня
И, припав на одно колено,
Говорит:
— Крылья рук моих, ног покой,
Что узнал ты, друг, что учуял?..
Отвечает конь:
— Гору сейчас
Перевалим, и там ты увидишь
У железной степи на краю,
Близ железного тополя —
с шишкой
На морщинистом лбу —
богатырь сидит —
Катыр-Уул...17
Его ты не бойся.
Ты вплотную к нему подъезжай,
Глядя прямо в глаза его злые.-
Это — сторож Тельбен-Кара...
Так
Конь сказал и, не медля, помчался
Легкой иноходью...
За горой,
Близ железного тополя, кто-то
Вдруг коня за подпругу схватил.18
Очи-Бала взглянул:
с шишкой с гору
На огромном морщинистом лбу
Это Катыр-Уул его держит.
Не умевший сердиться, наш богатырь
Разъярился и конской плетью19
Катыр-Уула на части иссек,
Через тридцать хребтов перебросил.
Кончив с первым препятствием,
богатырь
Вытер пот и старательно в море
Вымыл плеть, сел на рыжку и вновь
Полетел через горы и степи.
Много-мало ль ехал — опять
Рыжий стал вдруг и левое ухо
К теплой черной земле наклонил,
Правым ухом стал в небе слушать.
Очи-Бала слезает с коня
И, припав на одно колено,
Говорит:
— Крылья рук моих, ног покой,
Что узнал ты, друг, что учуял?
Отвечает конь:
— Нас впереди
Ждет второе препятствие...
Это —
Тельбен-Кара надежный слуга —
Богатырь Дьер-Киндик...20
Он с арканом
В черной яме, как мертвый, лежит.
Если тут мы сумеем проехать,
То победа за нами.
А если нет, —
Жизни нашей конец...
Всё же смело
Подъезжай к нему...
Будет лежать,
Как умерший...
Гляди, не моргая.
Перепрыгну я через него,
И дневать мы поблизости будем,
Не страшась...
Далеко отъезжать
Нам нельзя, —
так ответил
Верный конь и помчался вперед.
Много-мало ли ехали — видит
Очи-Бала:
с арканом в руке
Богатырь Дьер-Киндик, словно мертвый.
На краю земли в яме лежит.
Сам огромный — с высокую гору.
Очи-Бала глядит на него, не моргнув,
Подъезжает вплотную и громко
Говорит:
— Кто ты будешь, силач?..
Почему ты молчишь, словно мертвый?..
Дьер-Киндик не ответил и не моргнул
Глазом даже...
Тогда Очи-Бала
Рыжку плетью стегнул и, перескочив
Через богатыря, на долине
Стал дневать...
Лишь на третий день
Дьер-Киндик поднялся...
Злой, лохматый —
К Очи-Бала пришел и спросил:
— На коне не встречался ли рыжем
Богатырь Очи-Бала?..
Семь дней его
Жду напрасно...
Вскочил разъяренный
Богатырь молодой... Закричал он:
— Тот, что ездит на рыжем коне,
Очи-Бала зовется — вот он! Это — я!
Разве я задолжал тебе или
Я родным твоим что-нибудь задолжал?
Для чего меня ждешь?!.
И за ворот
Очи-Бала схватил силача.
Мало слов, чтоб о схватке жестокой
Рассказать...
Весь Алтай задрожал,
Гром поднялся до синего неба.
Эрлик-бий в подземелье оглох,
В небе струсили три Курбустана.
Целых семь лет — и ночью, и днем —
Шла борьба!..
Наконец, Очи-Бала,
Изловчившись, лихого врага
Оторвал от земли,
поднял в небо,
О железную гору врагом
Ударяет с размаху!
И, посредине
Разорвав, удивленно глядит:
Зад врага ненавистного
пляшет лихо,
Часть передняя
громко поет:
— Нет, такой богатырь не родился,
Чтоб найти мою душу, убить...
Видя то, рассердился сильнее
Богатырь наш, но как извести,
Где найти ему вражью душу,
Он не знает...
Вдруг конь подбежал
К заду злого врага
и зубами
Он подошвы чугунные оторвал21
От сапог Дьер-Киндика...
Выпал
Из-под левой огромной подошвы — нож22
С желтой ручкой...
Схватив его быстро,
Богатырь в сердце вражье вонзил.
Разлилась кровь поганая морем,
Кости вражьи лежали горой...
— Вражьей крови не думал я видеть. —
Из-за братьев пришлось воевать.
Так сказав, богатырь окурился
Можжевельником...
В ручейке
Чисто вымылся,23 шелком утерся,
Лег на солнышке отдохнуть.
А когда вновь собрался поехать,
Рыжий конь ему говорит:
— Злой Тельбен-Кара с войском несметным
Нам с тобою навстречу идет.
Сил не хватит у нас с ним бороться,
А стреляться — не хватит стрел.
Всё же ты, поборовшись немного,
Словно мертвый, потом упади.
Тут несметная злая орава,
Сам вожак ее —
спорить начнут.
— Я убил его, я! — будет каждый—
Что есть мочи орать...
А из-под земли
В это время четырехкрылый
Беркут вылетит.
Если стрелой
Ты собьешь его, не прозеваешь,
То победа за нами...
— Спасибо, друг,
За совет тебе мудрый!—
Сказал Очи-Бала,
Крепко рыжего поцеловал
И вперед полетел легкой птицей.
Много-мало ли ехал —
На край горы
Прилетел...
За горой, над долиной
Видит — серый поднялся туман —
Это лошади так надышали. 
Словно буйный бескрайний пожар —
Лица красные...
Это всё войско
Тельбен-Кара...
Недолго стоял
Незамеченным Очи-Бала.
Увидал его злой богатырь
И спросил своих слуг:
— А скажите,
Что виднеется там на хребте — 
Человек или зверь?..
Отвечает
Богатырь один:
— Если куран,24
То рога не видны...
И на человека
Не похож, — головы не видать, —
Говорит богатырь, ухмыляясь.
— Нет, напрасно смеетесь, друзья мои!
Это едет на нас Очи-Бала.
Ну-ка, живо все — на коней
И за мной! —
Закричал Тельбен-Кара.
Сам вскочил на коня и повел
Войско черной бескрайней лавиной.
Очи-Бала взял меч стальной
В руку правую...
Крепко бобровую шапку
Натянул
и карьером влетел
В черный лес войска вражьего!..
Рубит
Беспощадно, но войско врага
Все равно не становится меньше.25
Груды тел...
Черной крови моря...
Самому Тельбен-Кара-кану
В девяти местах панцирь рассек.
Войска все еще много...
Тут вспомнил
Очи-Бала совет своего коня,
Черный меч уронил и, крикнув
«Умираю!» — упал на траву.
— Я убил его, я! — заорали,
Тучей сгрудились богатыри.
— Я убил его сам — что вы врете! —
Вдруг Тельбен-Кара-кан заорал.
Раскололась гора,
и четырехкрылый
Беркут вылетел из-под земли,
Стал кружить...
Следом вылез лохматый
Бог подземный — сердитый Эрлик,
Стал хвалить Тельбен-Кара-кана:
— Очи-Бала. что нес нам беду,
Ты убил!
Пусть большой и счастливой
Будет жизнь твоя на земле.
Сколько ханов на свете есть — будут
Все твоими рабами на век... —
Так кричал злой Эрлик.
В это время
Верной девятигранной стрелой
Богатырь убил черного беркута.26
Сразу
Рыжий конь ненавистного богатыря
И хозяин его — повалились.
Гриву — конь,
а хозяин его — рукава
Положили под головы.
Морем —
Кровь поганая:
кости — горой.
На коня Очи-Бала садится,
Едет войско врага добивать.
Пролетит один раз и уложит
Пятьдесят тысяч!
А в другой конец —
Шестьдесят тысяч сразу уложит!
У сердитого бога Эрлика
От испуга закрылись глаза,
Убежал в подземелье!
Другие
Кто куда разбежались богатыри.
Уничтожив врагов, Очи-Бала
Ко дворцу Тельбен-Кара подъехал,
сказал
Трудовому народу:
— Живите
Вы спокойно и дружно теперь.
Ару-Чечен — жена Тельбен-Кара —
С чашей встретила богатыря
И на правое стала колено,
Косу правую смяла в руках,
Над богатою чашей сквозь слезы
Сказала:
— Молодой богатырь,
С мудрым сердцем, сверкающими глазами!
Злые ханы — виновны перед тобой.
Жены ханов и малые дети —
В чем повинны они?..
Пожалей меня,
Богатырь молодой, и за это
Буду вечно слугою твоей.
Класть под голову буду тебе подушку,—
Мою голову целой оставь.
Стлать постель под бедро твое буду,—
С белым светом не разлучай...
Пожалел Очи-Бала, не тронул
Ару-Чечен...
Разрушил дворец
И сказал трудовому народу:
— Из среды своей голову выбрав,
Здесь вы будете жить иль со мной
Вы поедете?
Вас принуждать
Я не буду... Решайте всё сами...
— Нет, мы здесь не останемся!..
За тобой
Все пойдем на Алтай твой счастливый!
Тельбен-Кара шиповником сек
Нас несчастных...
Света ясного солнца
Не видели мы... Не оставь,
Богатырь молодой!..
Отвечает
Очи-Бала народу, что вкруг него
Черным лесом шумит:
— Поезжайте
Вслед за мною и ночью, и днем!..
Ару-Чечен, жену Тельбен-Кара,
Взял с собой
и приехал домой.
Что же видит он?
Старшие братья —
Узун-Кара и Обо-Чечен,
Позабыв о работе, дерутся,
Саныс-канову делят жену.
Оба живы едва!..
Очи-Бала,
Разъярившись, пощечины дал
Старшим братьям и выругал громко.
Брату старшему отдал жену
Саныс-кана.
А среднему брату
Дал жену Тельбен-Кара —
Ару-Чечен.
Сделал братьев семейными
и построил
Два дворца для них!..
После сказал:
— Рукава, чтоб под голову класть,
Износились,
одеваться — шуба порвалась.
Поищу-ка себе средь народа
Друга я.
Есть два брата в горах,27
А у них есть сестра — к ним поеду.
Если в жены ее не возьму, —
Еще дальше проеду на полдень,
Где живет Кюлер-Отык-кан,
У него дочь посватаю. Если
И на ней не женюсь, то под землю,
Где два брата — Алмыс-Дилимис.
Их сестру тоже можно посватать.
Скоро, то через семьдесят лет
Возвращусь я домой.
Если долго,
То проезжу тогда девяносто лет.
Дольше этого ездить не буду.
Берегите на пастбищах скот,
Пусть живет весь народ наш богато...
Так сказав, богатырь
В миг надел боевые доспехи,
Взял седло, серебристое, как луна,
Взял узду, золотистую, словно солнце,
Коня рыжего заседлал.
Туго тридцать подпруг затянул
и, вложив
Ноги в бронзовые стремена,
Как долина широкой ладонью
Помахал на прощанье и полетел...
Где стоял — виден след, а куда
Прянул конь — и следа не видно! 

* * *

Черной ночью без сна и без отдыха днем
Легкой птицей летит Очи-Бала.
Меч звенит, черный панцирь гремит...
Много-мало ль так ехал —
вдруг видит:
Посредине бескрайней степи
Ярким буйным огнем жестоким
Схвачен старый шалаш...
Говорит
Рыжий конь Очи-Бала:
— Подъедем,
Поглядим...
Богатырь молодой
К шалашу подъезжает... Не медля,
Полыхающий ярко шалаш
Разбросал черенком черной плетки.
Видит — вылез мужчина слепой,
Обожженными шарит руками.
А с другой стороны шалаша
Вышла женщина — тоже слепая.
— Кто ты, спасший от гибели нас?
Назови свое имя и руку
Нам подай, —
просят так старики.
— Я на рыжем коне ездящий,
Очи-Бала безвинный зовусь...
Старики восклицают радостно:
— Да ведь это же младший сын
Силача Катан-Кара...
Боролся
С Саныс-каном безжалостным ты —
Чья победа?
С Тельбен-Кара-каном
Воевал ты —
ну, кто победил?..
— Я врагов победил кровожадных, —
Отвечал богатырь молодой.
Старики тут сказали ему:
— Поскорее
Ты коня своего расседлай,
Пусть в степи бесконечной гуляет,
Травы сытные ест, воды пьет.
Да и сам отдохни...
Очи-Бала
Приглашение принял
и, расседлав,
В степь коня отпустил...
Словно поле,
Развернул он чепрак, дорогое седло
Положил себе в голову.
— Может,
Пищи нашей попробуешь? — так
Старики спросили Очи-Бала,
Подали полную чашку ячменных щей.28
Выпил их богатырь, и сразу
От стеснившего воротника
Отлетели все пуговицы!..
Рубашка
Порвалась на спине!..
В десять раз
Сил прибавилось вмиг и вырос
В десять раз!..
Говорят старики:
— Дай коню своему щей остаток.
Дал коню богатырь их, и тот
Враз длиннее стал на десять сажен,
Выше на три сажени вдруг стал.
Говорят старики после этого нежно:
— Друг наш! Правильно имя твое
Так:
на кроваво-рыжем коне ездящий,
Богатырь Кан-Толо29.
Твой отец
Рано умер, тебе не успел он
Даже имени дать. Так и звался ты —
Очи-Бала...
Отныне же будешь
Богатырь, у которого крови нет,
Чтоб из ран текла, и в котором
Нет души умирающей!
Победишь
Шестьдесят грозных ханов Алтая.
Пред тобою все ханы земли
Будут в страхе дрожать!.. —
Так сказали
Старики эти добрые богатырю.
Их слова Кан-Толо окрылили.
И, коня заседлав, он хотел
Дальше в путь отправляться, но слышит —
Говорят старики:
— Еще слушай, сынок!
По пути тебе встретятся ханы —
Ильбис-Дилбис.
У них есть сестра.
Ты хотел ее сватать, но поздно.
Ее сватали трое богатырей
Эту девушку золотую,
Ну, а высватал Чонкыр-Кюлюк,
Тот, что ездит на пегом коне рысистом...
Не грусти, — много девушек на земле.
Ты другую найдешь, —
говорили
Старики, гладя ласково богатыря.
— Ой, старик, ты забыл! —
вдруг сказала
Жена мужу.
— Скорее отдай
Тот подарок, что сыну когда-то
Берегли мы...
Согбенный старик
Под постелью нащупал большое
Яйцо гуся и подал богатырю:
— Береги его, друг!
Если злая
Смерть приблизится, — это яйцо
Ты достанешь и съешь половину,
А другую — отдашь коню!..
Так сказав, старики вдруг исчезли:
Нет ни шалаша и ни очага,
Вся долина покрыта цветами,
Верный конь под седлом дорогим,
Кан-Толо — в дорогих одеждах.30
Сел на рыжку, помчался вперед.
Гор высоких хребты закачались,
Серой тучей вздымался песок.
— Ну, теперь-то мы непобедимы! —
Громко крикнул так богатырь.
— Нет, заранее вредно хвалиться, —
Строго рыжий сказал и вперед
Полетел легче птицы и ветра.
Много-мало ли ехали — видят след, —
Это богатыри проезжали:
Гор высоких прогнулись хребты,
Лес поломан, долины помяты.31
— Это сватов проехавших след.
Ильбис-Дилбис дворец скоро будет.
Как подъедешь к дворцу, то меня
Сам привязывай, друг, к коновязи.
Во дворец не входи впереди людей —
Держись сзади...
Будь вежливым, тихим, —
Так сказал рыжий конь Кан-Толо.
— Вот спасибо!—
сказал богатырь и снова
Поскакал...
Вскоре видит в степи
Караван, словно туча большая:
Верблюды с аракой, кони с мясом,
народ
Черным лесом...
— Куда это едут? —
У народа спросил Кан-Толо.
Отвечают: — Мы едем на свадьбу
Чонкыр-Кюлюк богатыря.
В сердце богатыря молодого
Защемило обидой,
убыстрил бег
Рыжки верного...
Вскоре въезжает
На вершину высокой горы.
И, привстав на стременах, он видит
Ильбис-Дилбис большие дворцы.
Быстрым ветром с горы той высокой
Кан-Толо подъезжает к дворцам.
У высоких дворцов — тьма народу.
Здесь веселые богатыри
Араку пьют;
там судьи, зайсаны
Веселятся.
А там во дворе —
Люди пешие бедные — крýгом.
Никто Кан-Толо не заметил.
Он слез
С рыжки верного и, проворно
Привязав его, входит в дворец.
К очагу присел и что нового
Он спокойно спросил.
Ильбис-Дилбис тут
Подошли к Кан-Толо:
— Гость желанный,
Проходите вперед, — говорят.
Берут под руки нежно, проводят,
Садят рядом. Из чашечки золотой
Кан-Толо кумысом угощают,
Закурить из кисетов дают.
Но когда разгорелась беседа,
Вдруг поднялся большой богатырь —
Дельбеген семиглавый —
и громко
Заорал, засучив рукава:
— Ты, бессовестный, думаешь, что на свете
Конь твой рыжий быстрей всех других,
Из мужчин — ты всех в мире сильнее,
Не считаешь других за людей
И расхаживаешь так важно!..32 —
Крикнул так, дал пощечины богатырю.
Кан-Толо, не умевший сердиться,
Разъярился...
Роняет из рук
Шубу пышную.
— Гриб вонючий!
Что ты тявкаешь попусту, пес?
Ты за что меня бьешь?!
Не вставая,
Кан-Толо мощной правой рукой
Стукнул наотмашь Дельбегена
И отшиб семь голов!..
Как шары
Все они покатились за двери.
Поднимается Чонкыр-Кюлюк,
К Кан-Толо подбегает:
— Откуда
Богатырь появился такой?
По щекам Кан-Толо ударяет...
Не стерпел богатырь молодой,
Встал он на ноги, вытолкал в двери
Чонкыр-Кюлюка на улицу...
Там
Продолжают бороться...
Как будто
Солнце скрылось за горным хребтом,
Закатилась луна... Наступила
Непроглядная страшная ночь.
Испугался народ:
кто был трезвым,
Тот пьянеет от страха,
кто пьяным был —
Отрезвел!
А жена Ильбис-кана
На коленях стоит, косы рвет:
— Из-за девушки убивать друг друга
Не давайте им! Разнимите скорей!..
Лошадями едва растащили
Кан-Карчыга и Кан-Карлагаш
Двух схватившихся яро...
Остались
Клочья панциря в крепких руках
Кан-Толо...
Говорят тут два хана
Гостю, храброму богатырю:
— С мудрым сердцем,
сверкающими глазами,
Ты откуда приехал к нам, богатырь?
Отвечал он:
— Алтай поднебесный —
Моя родина.
Воду я пил
Из целебного моря большого.
Тот, что ездил на черно-мухортом коне,
Богатырь Катан-Кара — отец мой.
Конь мой — рыжий.
А имя мое —
Кан-Толо богатырь...
Себе друга
Поискать я поехал. У вас,
Слышал, девушка есть...
Посмотреть бы
Мне ее, —
отвечал Кан-Толо,
К рыжке, верному другу, подходит.
Конь зафыркал — из левой ноздри
Ташаур араки вылетает.
Богатырь его взял, и в руках
Стало семьдесят ташауров.
Фыркнул конь — и из правой ноздри
Вылетает вдруг ножка баранья.
Богатырь ее взял, и в руках
Стало семьдесят целых баранов:
Сверху жженого нет,
нет сырого внутри.
Богатырь во дворец их заносит
И заводит речь свата он.
У того, кто вина его выпил,
Стало на сердце радостно...
Вновь
Во дворце закипело веселье.
Поднялась Ильбис-кана жена,
Веселящимся громко сказала:
— Из двух мест к нам приехали женихи.
А невеста — одна. Мы не можем
Пополам нашу девушку разрубить.
Жениха выбирая, придется
Состязание нам провести.
Кто из трех состязаний сумеет
Выиграть два, тот невесту возьмет.
Состязания будут такими:
У кого будет меткой стрела,
У кого будет лошадь быстрее,
Кто окажется сам посильнее...
Согласились на это охотно
Женихи...
За железной горой
Виден тополь железный.
Задача:
Кто сумеет вершину сломить
Тому тополю меткой стрелою.
И вторая: вперед привезти
Листьев с тополя, что на закате,33
И травы с золотого хребта,
Что на севере...
А с востока
Из ядовитого озера привезти
Мелкий-мелкий песочек...
И третья:
Пнуть железную гору и пополам
Разломить ее сразу...
— Сначала
Мы стрелять будем, —
так заявил
Кан-Карчыга.
— Мы — первые сваты.
Взял он лук... Натянул тетиву.
Вот большая стрела пролетела
Через сорок высоких хребтов
И в болотную кочку воткнулась.
После выстрелил Кан-Карлагаш —
Средний брат...
Вот стрела пролетела
Пятьдесят хребтов
и воткнулась
В корень желтой рябины...
Стреляет
Младший брат — Чонкыр-Кюлюк...
Стрела,
Пролетев через семьдесят гор высоких,
В корень тополя крепко впилась.34
Вот последним из лука стреляет35
Кан-Толо, и живая стрела,
Сбив вершину, обратно вернулась
Вместе с нею к хозяйским ногам.
Все, кто видел это, дивились.
— Первая победа за Кан-Толо! —
Закричали все громко...
Большое
Началось тут веселье.
И Кан-Толо,
Не умевшего пить, научили
Араку выпивать...
Шестьдесят парней
В комысы перед ним заиграли,
Шестьдесят молодаек его
Песней радостной опьянили.
Опьянел до беспамятства богатырь
И, когда на минутку очнулся,
Слышит — ржет его верный конь,
Конь на привязи бьет копытом.
Словно речки из озера — слезы из глаз.
Горько-горько заржав, говорит он:
— Что ты бросился в горькую воду.
Дел труднейших немало...
Враги твои,
Может, к месту уже подъезжают.
Третьи сутки в пути...
Кан-Толо,
Услыхав это, к верному другу
Подбегает. Думал в седло вскочить,
Но не смог, а свернул только на бок
Золотое седло...
Тут в шубенке худой
Подбегает подслепый мальчишка:
— Ну, куда вы поедете — пьяный, куда?
Дайте лошадь!..
Я — трезвый — поеду!
Вы сидите и ждите здесь!
Кан-Толо
Не противился.
Птицы быстрее
Рыжий конь полетел...36
Ослабев,
Мальчик даже сознанье теряет,
А очнувшись, он видит, что перед ним —
Ствол могучего тополя золотого.
Только мальчик сумел наломать
Разных сучьев,
как ветром проворным
Рыжий дальше помчался, крича:
— Плеть с серебряной ручкой под гривой,
Этой плетью сразмаху ударь меня.
Мальчик взял эту плеть и сразмаху
Рыжку быстрого крепко стегнул.
Прянул конь —
из седла чуть не выпал
Мальчик...
Вскоре он видит — блестит
Под лучами гора золотая.
Мягкой черно-бобровой травы
Мальчик быстро нарвал и заметил
След в траве. Это Чонкыр-Кюлюк
И два брата его — за травою
Приезжали сюда.
Вражий след увидав,
Рыжий прянул лихим ураганом.
Вот и озеро ядовитое...
Здесь
Виден след трех соперников.
Быстро
Мальчик тут набирает песочка, и вновь
Рыжий мчится, как молния!..
Перегнал всех соперников он.
Ко дворцу Ильбис-Дилбис ханов
Подбегает, где ждет Кан-Толо,
А в руках у него — в девяносто сажен
Самый прочный ременный аркан.
Тучей серая пыль заклубилась —
Рыжий конь драгоценный летит.
Словно ножницы — чуткие уши
Режут облако...
Из-под копыт
Вылетает высокое пламя.
Вот он с коновязью золотой
Поравнялся...
Проворно бросает
На коня свой аркан богатырь.
Трижды шею обвил аркан.
Трижды
Вкруг большого дворца протащил
Конь хозяина.
Твердую землю
Вырыл ямой глубокой...
Сгреблась земля
Возле ног богатырских в высокую гору.
Все ж коня задержал богатырь.
Тут народ их встречает:
— Победа
За тобою опять, Кан-Толо!.. —
Так кричат все...
Мальчишку качают,
Сняв с седла, на широкой кошме,
И целебной водой его моют.
Когда мальчик пришел в себя,
богатырь
Поднял кверху его:
— Ну, спасибо!
Съездил в путь за меня,
быстрый выдержал бег
Рыжки верного...
Будем отныне
Мы друзьями с тобой навсегда!
Нарядив в дорогую одежду,
Садит мальчика рядом с собой,
И опять закипело веселье.
А соперники съехались ко дворцу
Через десять ночей только!..
Ханы
Много мяса готовят для них,
Араки — разливанное море.
Кан-Толо не берет араку,
Говорит: — Когда пью — забываюсь.
— Набуянить боишься? —
задорят его.
Не стерпел богатырь. Начал снова
Араку, да не чашками пить, —
Ташаурами целыми!.. :
Трое суток
Пьяным был Кан-Толо...
Налились
Яркой кровью глаза его...
Щеки —
Как железо каленое...
Той порой
Три соперника злых, три брата
Вкруг железной ходили горы:
И пинали, и ломом вздымали,
Но никак сшевелить не могли.
На четвертые сутки об этом
Разузнав, Кан-Толо закричал:
— Ах, бесстыжие!..
Грязным обманом
Вы победу надумали взять?!
Силачи, так давайте бороться,
Постреляемся, если богатыри!
Так сказав, Кан-Толо выбегает
Из дворца золотого.
Задел
Дверь слегка, и она разлетелась
В порошок!
Дернул коновязь он —
В пыль!..
Потом, разбежавшись, пинает
Семигранный железный хребет,
И летит он, как легкая бабка,
За семь горных хребтов и широких морей.
Ко дворцу прибежал и за ворот
Чонкыр-Кюлюка злого схватил.
Много-мало ль боролись —
ударил
О железную гору врага
Кан-Толо и порвал его в клочья.
Кан-Карчыга и Кан-Карлагаш,
Увидав это, скрылись скорее.
Разошедшийся богатырь,
Удержать себя сил не имея,
Стал безвинный народ убивать,
Пока конь его — верный товарищ —
В ледовитый не свез океан
И водою холодной не спрыснул.
Отрезвел богатырь и поцеловал
Друга верного — рыжку...
Обратно
Подъезжает к дворцу.
— Я не зря говорил.
Чтоб меня аракой не поили.
Пьяный буйным бываю. Прошу
Мне простить этот грех...
Не нарочно
Делал так. Подвела арака.
Тесть простил и богатую свадьбу
Стал готовить. К сестре повели
Ильбис-Дилбис отважного зятя.
Открывается дверь золотого дворца,37
И оттуда навстречу выходит
Молодая красавица —
Алтын-Чачак.38
Брови тонкие, черные косы...
Поздоровалась с братьями, с Кан-Толо.
Братья ей говорят:
— Дорогая
И единственная сестра!
С мудрым сердцем, сверкающими глазами,
Тот, что ездит на рыжем коне,
Богатырь тебя сватать приехал.
Вот — он. Хочет услышать твое
Слово искреннее...
Оглядела
Сквозь густые ресницы Алтын-Чачак
Кан-Толо и сказала:
— Благословите
Нас на вечную жизнь!..
С того дня
Пошло свадебное веселье.
Через три только года домой
Гости начали разъезжаться.
Если гость из далеких — с собой берет
Пищи на год.
А кто из близких —
Пищи вкусной на месяц берет. 

* * *

Вот закончилась пышная свадьба.
Старшим братьям жены говорит
Кан-Толо:
— Там, где высватали невесту,
До седин головы не живут.
Есть хозяйство. Домой надо ехать
Поскорее...
Алтын-Чачак
В дорогие одежды оделась,
Заседлала лихого коня,
Попрощались со снохами, братьями.
На прощанье они говорят:
— Пусть же топчет подол твой сзади
Скот,
а спереди топчет — сын.
У дворов пусть коровы пьют,
у аила —
Пусть собаки лакают...
Домой
На коне своем верном рыжем
Кан-Толо
и Алтын-Чачак
На коне своем пегом — едут,
Звонко нежные песни поют.
И, заслушавшись песен этих,
Следом дикие козы бегут.39
Весел путь молодым.
Незаметна
Диких гор высота, глубина морей.
Половину пути пролетели,
Когда рыжка могучий вдруг стал:
Ухо правое к ясному небу
Поднял,
левое — наклонил.
Слез хозяин и — к рыжке с вопросом:
— Крылья рук моих, ног покой,
Что узнал ты, друг, что учуял?
Радость, горе ль нас ждет впереди?..
Отвечает конь:
— Радость и горе
Не узнал.
Но за этой горой
Нас враги ожидают лихие —
Кан-Карчыга и Кан-Карлагаш,
Младший брат на коне медно-буром —
Дьес-Кара...40
Услыхав это, Кан-Толо
Вмиг жену свою юную дорогую
Вместе с лошадью в ястреба превратил.
Сам же черно-бобровую шапку
До корней ушей натянул
И с горы посмотрел на долину.
И докуда хватал его взгляд —
Вражьим войском все было покрыто.
В казане большом мясо варилось.
Кишел пир веселый...
Три брата, три хана,
Сидя, в шашки играли...
Сказал
Младший брат, ухмыляясь:
— Я вижу
На вершине горы, на коне,
Что не больше ягненка, — героя41.
Это кто же такой?..
— Милый друг! —
Говорят ему братья.
— Напрасно
Ты спешишь посмеяться над ним —
Не заставил бы плакать он.
Это —
Богатырь Кан-Толо, что убил
Брата старшего нашего...
В это время
Вихрем в черное войско влетел
Богатырь на коне своем рыжем,
Стал топтать и рубить врага...
Пролетит
В одну сторону —
сразу уложит
Пятьдесят тысяч войска!..
Назад
Пролетит на коне своем вихрем —
Шестьдесят тысяч ляжет врагов.
Дьес-Кара,
Увидав это, крикнул так громко,
Что Алтай задрожал! Ухватил потом
Кан-Толо за лопатки... Бороться стали...
Задрожала большая земля.
Расплескались моря. Наступила
Непроглядная страшная ночь.
Девять лет шла борьба. Стал слабее
Богатырь Кан-Толо. Стал руками он
Опираться на землю. Вдруг поднял
В небо ясное злой Дьес-Кара
Кан-Толо ослабевшего... Яро
Им ударил о гору железную он.
Вспомнил тут богатырь о подарке
Что слепой старичок подарил.
Съел яйцо Кан-Толо —42
и сразу
Сил прибавилось в нем!..
Хватает
Как стальными клещами врага.
Много-мало ль боролись — осилил43
Дьес-Кара, разорвал пополам
Богатырь Кан-Толо... Морем черным
Кровь из вражьего тела текла,
Кости горным хребтом возвышались.
Отдохнув, увидал Кан-Толо:
На бескрайней зеленой долине
Ильбис-Дилбис — два брата жены
И тот мальчик, что ездил на рыжке,
Вражью рать добивают...
Летит
Кан-Толо поскорее на помощь.
Подлетел и за косы схватил
Кан-Карчыга и Кан-Карлагаша,
Стукнул лбами и насмерть убил.
Уничтожив врагов, пищей лучшей
Братьев с мальчиком он угостил.
— Брата нет у меня, — будь мне братом.
Молвил мальчик тогда:
— Нет отца у меня, —
Будь отцом... На Алтай бело-синий,
На счастливую землю возьми...
Кан-Толо обнял мальчика нежно,
Горячо его поцеловал:
— Золотой мой! Пока целы будут
Наши черные головы —
Жить будем вместе;
из общей чашки —
Пить и есть,
и в одном седле
Будем ездить с тобой!..
В это время
Подъезжает Алтын-Чачак.
Богатырь поздоровался нежно
С молодою женой.
А потом
Усадил с собой мальчика.
Распростившись
С Ильбис-Дилбис,
поехал домой.
Где стояли их кони — след виден,
А куда они прянули — не видать. 

* * *

На родимый Алтай бело-синий
Приезжает с женой Кан-Толо,
С милым мальчиком. Их встречают
Братья старшие и народ.
Братьев головы поседели,
Словно лебеди стали белы.
Зубы братьев родных пожелтели,
Словно желтые стебли травы.
О здоровье спросив, направляют братья
Кан-Толо в светлый новый дворец.
Чуть проехав, он видит:
построен
Золотой о шестидесяти углах
Небывалый дворец!..
А на солнце сверкает
Золотая высокая коновязь.
Говорит Кан-Толо: — Собирайте
Весь народ на богатый веселый той.44
Пусть народ хорошо погуляет...
Вот собрался народ, и веселый той
Закипел-зашумел, не смолкая.
На десятом году всем гостям богатырь
Речь такую сказал:
— По Алтаю
С малых лет я брожу, беспощадно борясь
С злыми жадными ханами. Много встретил
Я надежных и верных друзей,
Но других мне дороже — вот этот
Мальчик тихий... Ни матери, ни отца
У него нет. Отныне он будет
Ведать всеми стадами моими.
Конь —
Рыжий, быстрый — конем его будет.45
Алдырбас-Мергеном46 будем звать самого!.. 

* * *

Долго длилось большое веселье.
На пятнадцатом только году
Гости стали домой разъезжаться...
На Алтай бело-синий война
С той поры не заходит с мечом кровавым47,
И без ханов там счастливо зажил народ. 

* * *

Я кончаю... Где длинно чуть было,
То не я удлинял. А где коротко чуть,
То не я укорачивал — верьте:
Так от стариков все услышал я!

Примечание

Поэму записал Павел Кучияк в 1939 году. Подстрочный перевод А. Каланакова. Поэтический перевод В. Непомнящих.

На ойротском языке поэма опубликована в сборнике Н. Улагашева.

1 Ездящий на черно-мухортом коне. Как и в других алтайских народных произведениях, в «Кан-Толо» сообщение о масти коня, на котором ездит богатырь, всегда предшествует имени последнего. Сохранив эту форму в начале, переводчик в дальнейшем отказался от нее. Говоря о самих богатырях, он часто совсем не упоминает о их конях, неразлучных друзьях и мудрых помощниках.

2 Узун-Кара — Высокий-Черный.

3 Обо-Чечен — не переводится так же, как и имя его отца Катан-Кара.

4 Очи-Бала — младшее дитя. Отец не успел дать мальчику имени и потому его назвали просто младшим сыном.

Младший сын в ойротском эпосе — самый сильный среди братьев. Таким является Очи-Курбустан — младший из трех богов-братьев («Аносский сборник», стр. 276). Таким является младший сын Эрлика — Ок-Дьылан. Такова младшая дочь старика Олокшина («Аносский сб.», стр. 32). Только она могла оправиться с богатырским конем и выехала на войну. То же самое нужно сказать и об обаятельной богатырше Алтын-Тууди, самой младшей дочери старого богатыря.

Очи-Бала является единственным храбрым и сильным из всех сыновей Катан-Кара. Он унаследовал могущество своего отца.

Ударение в этом слове, как и вообще в ойротском языке, — на последнем слоге. Переводчик произвольно переносит ударение на слог «ба».

5 Рыжий конь — молодой, могучий. В оригинале конь Очи-Бала всюду назван по имени — Аршин. Рядом с именем всегда стоит слово —рыжий. Переводчик нигде не приводит имени коня.

Кроваво-рыжий конь с этим именем — Аршин-Дьедер — встречается в сказанье «Алтын-Мизе» («Аносский сборник», стр. 68). Он рожден кобылицей Кара-гула, стоящей у дверей Уч-Курбустана. На том коне ездит богатырь Алтын-Мизе. Н. Улагашев знает «Алтын-Мизе», но в его варианте конь не косит этого имени.

6 Взял за пышную гриву, к аилу привел. В оригинале: «Взял за оба уха»...

7 Саныс-кан. Саныс — сера (смола) лиственницы. На Алтае широко распространена привычка жевать эту серу. Сказитель, как видно, стремился придать имени хана унизительный оттенок. Тем более, что при быстром произношении оно звучало как «саныс-кан» — сорока.

8 Настежь дверь распахнул и присел к очагу. В золотые, светлые дворцы сказители переносят обстановку юрты: посредине — костер, возле стен — ковры.

9 Вот с кошемного мягкого трона. Слова «трон» в оригинале нет. Хан сидел на девяти коврах, которые были свернуты и сложены стопкой.

10 Птицей к морю на рыжке летит. В оригинале —

На Аршине, рыжем коне,
Богатырь к желтому морю направился.

11 По дороге поймал жеребенка. В оригинале: «Одну кобылицу поймал»...

12 В море бросив, стал удить. Алтайцы большинства районов Ойротии рыбной ловлей не занимались. И рыбацкие мотивы встречаются в их эпосе очень редко. Н. Улагашев всю свою жизнь провел в районе Телецкого озера и притоков реки Бии, где рыболовство алтайцам давно известно. Герои Н. Улагашева любят не только охоту, но и рыбалку.

13 Рыба кит. В оригинале: «кер-балык», т. е. «гнедая рыба», самая крупная, невиданная. Полного объяснения слова «кер» ни один рассказчик пока не дал. В сказании «Аин-Шаин-Шикширге» («Аносский сб.», стр. 41) сообщается, что Кер-Балык живет на дне моря Абра. Когда это чудовище выходит на поверхность и нижнюю челюсть кладет на землю, верхняя челюсть его подпирает небо. Богатырю, которого посылают за Кер-Балыком, говорят:

— Съезди, приведи его к нам. Нет у коров пороза (быка — А. К.), так мы его припустим.

14 Из нутра ее толпами хлынул народ. В оригинале: «Стаями ласточек народ вырвался».

Эпизод освобождения людей, проглоченных чудовищем, мы находим в нескольких ойротских народных поэмах. Так в одном из сказаний, еще не переведенных на русский язык, богатырь распарывает живот чудовищу Алмысу. Из живота Алмыса выходит народ, благодарит богатыря и начинает мирную веселую жизнь.

В поэме «Кара-Маас» богатырь убивает змей-людоедов, вспарывает им животы и освобождает «многочисленный народ» («Темир-Санаа», стр. 234).

В поэме «Боролдой-Мерген» («Алтайские сказки», Новосибирск, 1937 г.) лисица называет Алмыса Большим Человекам. Так на Алтае называли зайсанов. Это дает основание считать Алмыса, а равно чудовище Кер-Балык и змею-людоедку, олицетворением феодалов. В далеком прошлом народ в эпосе выразил свою мечту об освобождении от поработителей, родовых князьков.

15 Без вожатых народ. В оригинале: «башчизы» — голова, проводник, передовой.

16 Тельбен-Кара-кан — Черный хан. Слово Тельбен не переводится. В слове «кара» ударение — на последнем слоге. Переводчик в дальнейшем, опуская слово «кан», переносит в слове «кара» ударение на первый слог. . '

17 Катыр-Уул. Уул — парень. Катыр — вероятно, испорченное «кодыр». См. примечания к поэме «Козын-Эркеш».

18 Вдруг коня за подпругу схватил. В оригинале: «схватил за повод».

19 Разъярился и конской плетью... Сказочный мотив уничтожения противника не оружием, а предметами обихода, одежды и т. д., широко известный по русской былине «Илья Муромец и Идолище». У Ильи вот так же «разгорелось сердце богатырское», и он

Схватил с головушки шляпу земли греческой
И ляпнул он в Идолище поганое,
И рассек он Идолище на полы.

20 Богатырь Дьер-Киндик — Пуп земли.

21 Он подошвы чугунные оторвал. В оригинале: «Девять слоев чугунной подошвы»...

22 Из-под левой огромной подошвы — нож. Подразумевается, что этот нож — душа Дьер-Киндика. До тех пор, пока не был найден и переломлен нож, нельзя было умертвить Дьер-Киндика.

23 В ручейке чисто вымылся. В оригинале: «Целебной водой умылся».

24 Куран — самец косули.

25 Все равно не становится меньше. В оригинале:

На четыре стороны рубанет —
Войско вчетверо увеличится; 
Пятьдесят раз мечом взмахнет —
Войско в пятьдесят раз прибавится.
Эпизод, знакомый по былине «Как перевелись богатыри на Руси».
Разгорелся на слова их млад Алешенька,
Разгонял коня ретивого,
Налетел на супротивников,
Разрубает пополам их со всего плеча:
Стало четверо — и живы все.
Налетел на них Добрынюшка Никитич млад,
Разрубает пополам их со всего плеча:
Стало восьмеро — и живы все.
И т. д.

Русские богатыри отступили и окаменели.

Очи-Бала, по совету своего вещего коня, нашел путь для уничтожения врага.

26 Богатырь убил черного беркута. Беркут — душа Тельбен-Кара-кана, его коня и всего войска. Душа хана и его войска уничтожена, теперь богатырь с одного взмаха рубит по пятьдесят тысяч всадников.

27 Есть два брата в горах. Оба брата носят одно имя Ильбис-Дилбис. Слова эти на русский язык не переводятся.

28 Подали полную чашку ячменных щей. В оригинале— «коче», суп из мяса и ячменной крупы, одно из любимых блюд алтайцев, особенно в Улаганском аймаке и в районе Телецкого озера, приготовляемое чаще, всего к большим пиршествам. Сначала едят мясо, а потом уже хлебают суп или черпают из казана и пьют.

29 Кан-Толо — Полнокровный. Получение богатырем второго имени — довольно распространенное явление в фольклоре тюркских народов.

«В монгольских и восточно-турецких сказках нередко описывается обряд, которым отмечается переход богатыря из юношеского в более зрелый возраст. При этом богатырю дается новое имя. Так Гэсэр до этого обряда носил имя Джоро и только после обряда стал называться Гэсэром. Характер деятельности Гэсэра в эти два периода совершенно различен; до обряда это хитрый, шаловливый юноша, совершающий разные озорства... Во втором периоде Гэсэр рисуется степенным деятелем, совершающим подвиги, очищающим страну от злых и вредных чудовищ». (Г. Н. Потанин. Примечания к «Аносскому сборнику», стр. 282).

В алтайском фольклоре получение богатырем нового имени также встречается не впервые. Так Бобренок, приемный сын Когутэя («Когутэй», изд. «Academia», 1935 г., стр. 117), стал называться Кускун-Кара-Матыром. После этого он, приобретя еще большую силу, совершает ряд новых подвигов (убивает семиглавую змею и т. д.).

Кан-Толо с приобретением нового имени стал также сильнее, действительно полнокровнее. Свидетельством тому является его битва с вражеским войском.

Получая новое имя, богатырь становится бессмертным. Кускун-Кара-Матыр в письме, из которого он узнал свое имя, прочитал следующее:

Твоя красная кровь
Никогда не прольется.
Ты никогда не умрешь.
Всех семьдесят мудрых хитрецов
Ты победишь.
Шестидесяти алтайских мудрых хитрецов
Ты сильнее.

Эта строки почти тождественны тому, что говорит старик, давая герою поэмы Н. Улагашева новое имя.

30 Кан-Толо — в дорогих одеждах. По оригиналу появление этих одежд было столь неожиданным, что Кан-Толо не узнал сам себя.

31 Лес поломан, долины помяты. В оригинале —

Где кони копытами ступали,
Там озера плещутся.
Высокие хребты под ногами коней
В чистую степь превратились.
За богатырями сваты ехали,
Землю до седла коней пробороздили.

32 И расхаживаешь так важно. Дельбеген рассвирепел оттого, что Кан-Толо прошел в глубь дворца и сел «выше» всех, на самое почетное место. В оригинале говорится:

Через наши ноги шагаешь.

Нас за людей не считаешь...

33 Листьев с тополя, что на закате. По оригиналу — это особенный тополь, на котором есть хвоя и листья всех деревьев, растущих на Алтае. Богатырь должен привезти понемногу всей хвои и всех листьев.

34 В корень тополя крепко впилась. В оригинале: «В корень железного тополя, имеющего семьдесят ответвлений».

35 Вот последним из лука стреляет. В оригинале описывается лук: железный, с семьюдесятью двумя заплечиками. «Живая стрела» сама вернулась к богатырю. Это новый мотив. Обычно, за стрелой бежит конь и по возвращении жалуется, что хозяин очень сильно пустил стрелу, и он, конь, едва настиг ее. В поэме Н. Улагашева стрела приобретает все качества действительно «живой стрелы»

36 Птицы быстрее рыжий конь полетел. В оригинале —

Луноподобной птицы быстрее Рыжий конь полетел. Быстрее стрелы из лука Богатырь промелькнул.

37 Открывается дверь золотого дворца. В оригинале —

Семистенного золотого дворца Семь дверей раскрылись.

38 Молодая красавица — Алтын-Чачак. В оригинале —

Луны сияние — Алтын-Чачак,
Солнца сияние — Кюмюш-Чачак.

Алтын-Чачак — Золотая Кисточка. Кюмюш-Чачак — Жемчужная Кисточка. Таково сложное имя девушки. Всякий раз, когда речь идет о ней, имя ее произносится не сокращенно, как делает переводчик, а полностью.

39 Следам дикие козы бегут. В оригинале —

Звонкие песни запоют —
Горные бараны и маралы следом идут;
Дудки возьмут, заиграют —
Косули за ними гонятся.

40 Дьес-Кара — Медно-Черный богатырь.

41 Что не больше ягненка, — героя... В оригинале слова «герой» нет. Хан опрашивает:

— Что там — на коне-ягненке — за человек с ухо величиною?

42 Съел яйцо Кан-Толо. По оригиналу прежде, чем проглотить яйцо, богатырь крикнул:

— Трехпупая мать-земля,
Помощь мне подай!
Красную кровь мою пролить,
Тонкую душу разорвать помешай!

43 Много-мало ль боролись — осилил. В оригинале —

Дьес-Кара богатыря
Три раза под облака поднял,
О семигранный железный хребет
Со всей силой ударил, пополам перебил.

В это время конь Кан-Толо перегрыз шею коню противника и подошел к своему хозяину и другу.

44 Весь народ на богатый веселый той. В оригинале —

Кто далеко живет,
Тех письмами пригласите;
Кто близко кочует.
За теми гонцов пошлите.

45 Рыжий, быстрый — конем его будет. Богатырь отдал мальчику своего коня Аршина, на котором сам ездил в юности.

46 Алдырбас-Мерген — Непобедимый, Меткий Стрелок. Перед тем, как дать мальчику имя, Кан-Толо говорит:

— Имени он не имеет, —
Без отца и матери вырос.
Мяса и соли у него не было, —
Голодом дни коротал.
Эти строки переводчиком опущены.

47 С той поры не заходит с мечом кровавым. Дальше в оригинале — такие строки:

Длиннохвостые синие волки
Там не воют, на пастбища не заходят.

Источник

Улагашев Н. У. Алтай-Бучай. Ойротский народный эпос. / Н. У. Улагашев - Под редакцией А. Коптелова. ОГИЗ, Новосибирск,1941. - 402 с.

Перевёл в текстовой формат Е. Гаврилов, 29 декабря 2015 года.